200 ЛЕТ ОПЫТОВ НАД ЛЮДЬМИ: НАСТОЯЩИЙ ЛОР FALLOUT
Срываем маску с корпорации Vault-Tec.
Материал доступен в двух форматах: его можно посмотреть в видео или прочитать ниже.
Ты в спешке покидаешь дом, в который больше не вернёшься. Люди в форме приказывают выстроиться в шеренгу и слушать инструкции — вежливо, но строго, всё для твоего же блага. Тебя заводят в закрытый комплекс, дверь наглухо запечатывают, личные вещи изымают, выдают одинаковую одежду. Холодный, нарочито приветливый голос зачитывает новые правила твоей жизни и обещает светлое будущее: тебя накормят, вылечат, детям дадут образование, всем подберут работу, безопасность гарантирована. А через некоторое время ты понимаешь, что попал в ловушку, и бежать уже некуда.
Плен, тюрьма, концлагерь? Нет. Я только что описал типичное убежище из Fallout — и эта история о том, как корпорация Vault-Tec нажилась на всеобщем страхе, превратила остатки человечества в лабораторных крыс и спрятала за многотонными стальными дверями такие эксперименты, что становится не по себе. Это первый выпуск нашего большого цикла про изнанку любимой вселенной.
Злодей с улыбкой Микки-Мауса
Любой, кто хоть немного знаком с Fallout, знает простую вещь: Vault-Tec — одни из главных антагонистов серии и всегда ими были. Строители бункеров — пожалуй, самая злая организация во всей научной фантастике. Кто ещё был готов устроить ядерный апокалипсис, просто чтобы посмотреть, что из этого выйдет? Перед нами классическая бесчеловечная корпорация: ужасные эксперименты, планы в тайне от общества, правительство на коротком поводке и огромные деньги от него же. Человеческая жизнь для неё — расходный материал в погоне за прибылью и научными данными. Это база.
Мы давно привыкли, как такая контора выглядит в играх и кино. Законы жанра приучили к определённому образу: высокотехнологичные небоскрёбы, нависающие над городом, скрытые лаборатории, армии наёмников-головорезов. Авторы специально рисуют пугающий фасад, чтобы мы с первых секунд не верили натянутым улыбкам корпоративных учёных и маркетологов. Даже логотипы у таких фирм работают как предупреждающий знак: не подходи, тут опасно.
С Vault-Tec всё иначе — и в этом ей, можно сказать, повезло. Корпорация родилась и выросла в мире, целиком построенном на эстетике американского модерны середины века, той самой Америки с рекламных плакатов 1950-х: все улыбаются, ездят в огромных хромированных машинах и искренне верят в прекрасное завтра. В Fallout этот стиль остался доминирующим, а потому даже самая чудовищная корпорация здесь прячется за милым маскотом — и выглядит не столько пугающе, сколько нелепо. Что ей только на руку. Эдакий вооружённый Микки-Маус на ядерных стероидах. Правда, стоит присмотреться — и становится ясно, что за мультяшным фасадом что-то давно прогнило.
Убежища не для спасения
Чтобы осознать масштаб обмана, сперва разберёмся, что именно продавала компания. Главным продуктом Vault-Tec были те самые убежища. В рекламе их подавали чуть ли не как гигантские автономные подземные города, способные защитить американские семьи от ядерного апокалипсиса со всеми удобствами. Людям внушали простую мысль: есть билет под землю — значит, конец света можно просто переждать в абсолютной безопасности. И никакого коммунизма. Реальность, однако, оказалась иной. Канон тут однозначен: убежища никогда не предназначались для спасения граждан США.
Тут стоит сделать оговорку. Справедливости ради, существовали так называемые контрольные убежища, где всё работало более-менее так, как говорили по чёрно-белому телевизору: без смертельных экспериментов, рукотворных катастроф и намеренно заложенных дефектов. Так-то оно так — только даже контрольная группа остаётся частью эксперимента. С этой колокольни обычных убежищ вообще не было и быть не могло: даже самые нормальные из них встроены в систему, просто с другим назначением. Да и было их всего 17 против 105 остальных — из 122 построенных. Мало того, даже там, где людей действительно кормили, лечили и обеспечивали всем необходимым, их всё равно держали за объект наблюдения. Их жизни не стоили ни на доллар больше, чем жизни тех, кто с адскими криками испытывал на себе весь арсенал корпоративных инженеров и психологов.
Наглядный пример — контрольное убежище 13, которому полагалось оставаться закрытым 200 лет с начала ядерной войны, а после стать одной из баз восстановления Америки. Не сложилось — видели в Fallout 2.
Fallout 2: A Post Nuclear Role Playing Game
Потому что 16 мая 2242 года Анклаву — остаткам довоенного правительства США — вдруг понадобились подопытные для лаборатории. Чтобы замести следы похищения, жителей подменили стаей разумных Когтей Смерти, результатом другого эксперимента безумных учёных. Многие обитатели убежища впоследствии погибли. Вот тебе и контрольная группа.
Почему Vault — это не «убежище»
Здесь мы подходим к самому названию компании. На первый взгляд, Vault-Tec звучит безобидно, настолько привычно, что большинство русскоязычных игроков даже не задумывается о смысле первого слова. Убежище оно и в Африке убежище. А вот и нет — потому что важен контекст. «Убежище» по-английски будет shelter или refuge: добрые слова, они описывают защиту и помощь, исказить их сложно. А слово vault совсем не такое. Оно означает хранилище — банковское или какой-нибудь бронированный склад. Другое его значение — склеп. Фамильный, например. Термин в лучшем случае нейтральный, а в худшем — откровенно злой: в нём нет идеи спасения, только констатация факта, что нечто убрали под большой замок и толстые стены. А ведь речь о живых людях.
Чем больше узнаёшь историю корпорации, тем труднее отделаться от ощущения, что в этом выборе она была на удивление честна. Обещала построить надёжное, герметичное, полностью изолированное от внешнего мира хранилище — и построила. Тех, кого будут хранить, спросить забыли. Гробам в склепе всё равно, удобно ли им, а бумагам в банковской ячейке — тем более. Задача людей в этой схеме — подчиняться и умирать так, как решили авторы экспериментов. Именно поэтому история Vault-Tec — это история о том, как человечество превратили в складской запас. А оно взяло и по незнанке согласилось.
Кстати, если после всех этих ужасов потянуло лично пройтись по пустоши, момент удачный: на IGM.GG стартовала летняя распродажа, и цены расплавились быстрее бетона в Великую войну. Всегда мечтал о залитых неоном улицах Нью-Вегаса — забирай Fallout: New Vegas. Тянет на руины Содружества и историю синтов — вот Fallout 4. Остальные части тоже подешевели!
Как людей приучили стоять в очереди
Почему же человечество согласилось? Если вкратце — американцы десятилетиями жили в мире, где ядерная война была постоянной и обыденной перспективой, на которую особо не обращали внимания. Даже регулярные учения под конец откровенно игнорировали, что многим больно аукнулось, когда вслед за воем сирен пришли настоящие бомбёжки. Враг на пороге, бдительность на максимуме, родина в опасности. Наши ценности и само существование страны проходят жёсткую проверку реальностью, а к любому будущему надо быть готовым уже сейчас. Благо разумное правительство самой великой страны на свете обо всём позаботилось. Ты патриот? Конечно, патриот — ведь иначе ты грязный коммуняка и подлежишь уничтожению, — значит, сам купишь военные облигации и оформишь место в убежище. Наверху не дураки сидят, обманывать не станут.
Отмотаем назад. Vault-Tec появилась задолго до ядерной войны и даже до серии конфликтов, что к ней привела. Уже в 2030-х компания выпускала товары для выживания — от промышленного оборудования до развлечений — и скупала научные и образовательные структуры вроде Vault-Tec University в Западной Виргинии. Настоящий перелом случился в 2054 году — после начала войны Европейского Содружества со странами Ближнего Востока за последние нефтяные месторождения и роспуска ООН двумя годами ранее. Страх ядерной войны перестал быть абстракцией и стал государственной политикой: США официально запустили программу строительства подземных бункеров. Называлась она тогда ещё нейтрально — Project Safehouse, «безопасный дом». Американцам объясняли: массированный ядерный удар — вопрос времени, а переждать катастрофу, чтобы вернуться домой выйдет только под землёй.
Звучит благородно: государство заботится о народе, замечательная корпорация создаёт для этого все условия, передовые технологии обещают в бункере комфорт не хуже пригородного, а во главе всего — правильные ценности. Vault-Tec быстро стала символом безопасности, выживание можно купить. Чем активнее компания демонстрировала технологии, тем реже у людей возникал вопрос, а нужно ли всё это. Да и в новостях всё чаще говорили о войне: в 2066 году коммунистический Китай вторгся на Аляску — какие уж тут сомнения. В Fallout 3 эти события нам даже показали, хоть и мельком.
Fallout 3: Game of the Year Edition
Убежища начали показывать как норму и будущее, к которому стоит привыкнуть заранее, — и без всяких панических лозунгов, спокойно и даже празднично. Бункеры превратили в выставку технологий будущего: посетителей водили на экскурсии по идеальным коридорам и жилым блокам. Новая версия американского образа жизни, которой любой катаклизм нипочём.
Vault-Tec появлялась всюду, где формируется общественное доверие, срасталась с другими корпорациями и становилась частью мировой инфраструктуры. Тот же Пип-Бой — наручный компьютер, который в обязательном порядке выдавали каждому жителю убежища в десять лет, — производила RobCo. Даже знаменитую Нюка-Колу под землёй наливали так же бойко, как на поверхности. Идея закрепилась окончательно: если это показывают в новостях, рекламируют и награждают, значит, ничего неправильного тут быть не может. Особенно если за мысль, что всё-таки может, легко прослыть красным и уехать далеко и надолго.
Спасение, которое было наблюдением
Проблема лишь в том, что даже на бумаге проект быстро перестал быть программой спасения и превратился в программу наблюдения. Лор тут ветвится. Полуканоничная «Библия Fallout» говорит, что теневое правительство, понимая, что Земля обречена и спасать кого-то нет смысла, собиралось свалить с умирающей планеты подальше — а перед этим уточнить, как ведут себя люди в разных, порой откровенно жутких ситуациях. Сериал даёт другую версию: Vault-Tec, желая нарастить прибыль и окончательно потеряв тормоза, просто распродала бункеры другим компаниям, которые могли делать с ничего не подозревающим населением что угодно. Вот они и сделали. Каждая фирма получила свой полигон, а условия в убежищах вышли по-настоящему жуткими и по-своему эксклюзивными.
План сработал, потому что к Великой войне и убежища, и сама корпорация давно стали частью общественной жизни. Успело вырасти целое поколение, которое видело рекламу Vault-Tec с рождения, — и мысль, что в случае чего можно не бояться, была для него такой же нормой, как для нас ремни безопасности и подушки. Государство обещало, что оно, заручившись поддержкой частного бизнеса, как и положено в Америке, обязательно спасёт. А реальность будто подтверждала неизбежность катастрофы каждым новым кризисом: паранойя, уверенность в собственной непогрешимости, коррупция, чудовищная инфляция и постоянное разжигание конфликтов постепенно превратились в самосбывающееся пророчество. Американцев не пришлось загонять в убежища силой — они сами стояли в очереди за правом попасть внутрь.
А дальше начинался ужас. И самое удивительное — его особо и не скрывали. По мелочи всплывало то тут, то там, но на фоне навязчивой рекламы, вездесущих продавцов и круглосуточного присутствия в инфополе редкие крохи, если их кто и замечал, принимал за мелкие перегибы или случайную ошибку. Люди, даже с насквозь промытыми мозгами, не дураки. Только вот когда зло почти открыто лежит на столе, оно очень быстро начинает казаться частью нормального порядка вещей — особенно если ты сам слишком напуган или занят, чтобы задуматься. А довоенное общество было и напугано, и занято: пропаганда и летящая в тартарары экономика сделали своё. Потому ужас и прошёл мимо.
За плотно закрытыми дверями офиса
Начался этот ужас задолго до того, как завыли сирены. Пока строились комплексы, пилились бюджеты и заключались контракты, Vault-Tec довольно откровенно показывала, за кого держит собственную клиентуру. В рекламе-то всё было безупречно: улыбки, великолепный американский свободный образ жизни с беконом и яйцами на завтрак, научные расчёты о необратимости конца света. Но за пределами промоматериалов тон становился заметно менее дружелюбным. Коррупция, присвоение государственных средств, монополизм и лоббизм такого уровня, что понять, где кончается государство и начинается корпорация, было уже невозможно.
Приглядишься к внутренним материалам — и образ идеальной американской компании перестаёт благоухать. За плотно закрытыми дверями офисов царили свои порядки: от сотрудников требовали беспрекословного следования корпоративной методичке, регламентировавшей всё — от субординации до того, сколько времени человек имеет право провести в туалете. Не более двух минут пятнадцати секунд, если что. Особенно хорошо это видно по обучающим роликам, в создании которых участвовал старший младший вице-президент Бад Аскинс. Сами ролики выглядят так же стерильно и глянцево, как буклеты для клиентов, — вот только персонал в них открыто сравнивается со свиньями, а прибыль компании — с навозом, который эти свиньи производят. А чтобы свиньи, ну, приносили прибыль, их нужно метафорически хлестать хлыстом, что бы это ни значило. И относились к сотрудникам ровно по-свински: те самые две минуты с копейками в туалет отпускали по специальным талончикам, которые ещё надо было заработать, выполнив задранный донельзя KPI. Отпуск — тоже по талончикам. Причём само желание отдохнуть, по словам руководства, не одобрялось: мол, сама возможность его взять уже достаточная награда для труженика.
Думаешь, всё это оставалось за корпоративными дверями, а к клиенту относились иначе? Клиентов Vault-Tec уважала не больше. Помимо технологичных, надёжных и очень дорогих убежищ, корпорация предлагала альтернативные способы пережить ядерную войну. Ну или не пережить. План Б — упрощённый, быстро возводимый бункер. План В — картонная коробка с логотипом компании. А самое интересное — план Д: пузырёк цианида с банановым вкусом. Его рекламировали как решение для тех, кто оказался слишком ленив, чтобы обзавестись хоть каким-нибудь капиталом, и подавали, между прочим, как самый гуманный продукт корпорации. С этим, в общем-то, сложно спорить.
Пожаловаться, ясное дело, было нельзя — непатриотично. В последние годы существования США власти активно расширяли законодательство о защите корпоративных интересов. Формально оно боролось с иностранным шпионажем, на деле — прикрывало крупный бизнес от неудобных вопросов и развязывало ему руки в чём угодно. А кому не нравится — тот коммунист и предатель. Так что нельзя сказать, будто корпорация тщательно прятала своё отношение к людям: наоборот, она периодически проговаривала его вслух. Просто в мире, где статус патриотической мегакорпорации давно служил лучшей защитой от любых неудобных вопросов. Например, о том, что именно ждало жителей в тех самых злополучных убежищах.
Гэри, Гэри и ещё сотня Гэри
А творились там порой такие вещи, что начинаешь всерьёз сомневаться в адекватности не то что вымышленных безумных учёных, а тех, кто всё это придумал. Само по себе слово «эксперимент» звучит безобидно — тот же магистерский диплом легко защитить настоящим психологическим экспериментом с контрольной группой, где все, кроме нервов и режима сна, останутся живы. Только вот в мире Fallout о такой роскоши говорить приходится редко. Тут даже фирменным чёрным юмором серии не отделаешься: шутка, даже мрачная, обычно лишь маскирует творящийся внутри кошмар.
Начнём с относительно безобидного — насколько это слово вообще применимо к убежищам Vault-Tec. Убежище 108 строили для изучения клонирования человека в условиях ограниченных ресурсов и нестабильной энергосистемы. Смотрителем туда назначили человека с редкой формой рака в терминальной стадии, который, разумеется, знал об истинной цели, — как, впрочем, и смотрители всех остальных убежищ. Закончился опыт плохо. Очень плохо. В какой-то момент руководство принялось клонировать одного из жителей по имени Гэри. Потом ещё одного Гэри, потом ещё, и ещё. Спустя годы комплекс оказался забит клонами человека, способного произнести лишь собственное имя, отчего почти все местные диалоги превратились в бесконечное «Гэри? Гэри!».
Звучит как анекдот — если бы клоны не были агрессивны ко всем, кроме себе подобных. Так за этим мемом на клонированных ножках прячется история о том, как результат эксперимента полностью вырезал первоначальное население убежища. Ещё Гэри каким-то образом оказались бессмертны — иначе не объяснить, как они живы спустя 200 лет. Ну или клепают новую партию раз в месяц. В общем, обхохочешься — настолько, что многие вспоминают убежище 108 как одну из самых забавных локаций Fallout 3.
Пять лет трезвости — и один тайник
Если история с Гэри хотя бы немного забавна, то убежище 95 стирает улыбку с лица. Сюда со всей страны свозили людей с зависимостью от тяжёлых веществ. На первый взгляд, идея благородная: жителям обеспечили лечение, поддержку и комфортные условия. Люди проходили реабилитацию, помогали друг другу, постепенно строили здоровое общество. И знаете что? Эксперимент оказался успешным. Целых пять лет вчерашние зависимые доказывали себе и окружающим, что способны измениться. Пока Vault-Tec не решила проверить кое-что ещё.
В одном из помещений заранее спрятали огромный запас химикатов. По протоколу тайник однажды должны были обнаружить — так и вышло. Результат предсказуем: атмосфера трезвости и осознанности, которую пять лет выстраивали сами жители, рухнула почти мгновенно. Начались срывы, конфликты, насилие, убийства. И мерзость тут даже не в числе жертв, а в том, что опыт сперва доказал возможность выздоровления, а затем осознанно уничтожил собственный результат. Бывших зависимых, как и бывших душегубов, не бывает.
Они умели строить нормальные убежища
Здесь важно сделать паузу. Самое страшное во всей истории в том, что Vault-Tec прекрасно умела строить нормальные убежища. Некоторые действительно работали так, как обещала реклама: люди спокойно жили, создавали семьи, работали, дружили, радовались, и никто никого не таскал на опыты. А значит, все катастрофы, о которых мы говорим, не спишешь на технические сбои, некомпетентность или случайность. Каждый эксперимент был осознанным решением.
Возьмём убежище 8. Ни скрытых психологических опытов, ни отравляющих газов, ни прочих чудес — обычное контрольное убежище с исправными системами и полным комплектом оборудования для будущей реколонизации поверхности. В нём даже работал ГЭКК, тот самый генератор Эдемских Кущ, позволивший жителям выйти наверх и основать Vault City — одно из самых безопасных, богатых и технологически развитых поселений всей западной пустоши. Социальная структура там поначалу была, правда, крайне странной, но к этому довоенная корпорация уже никакого отношения не имеет.
Хотите ещё пример? Пожалуйста, убежище 76 — то самое, из Fallout 76.
Fallout 76
Его жителям поставили задачу прожить под землёй 25 лет, а затем выйти и начать восстановление страны. Именно это они и сделали. Ну, типа того. Поселили их без скрытых ловушек, намеренного истребления и опытов над психикой. Так что убежища, где никого не мучили, существовали, работали, и люди в них действительно выживали. Vault-Tec знала, как построить безопасный бункер. Просто почти никогда этого не делала.
Двести лет в чужом сне
Следующий пример показывает, что смерть — далеко не худшее, что может случиться с человеком в мире Fallout. Жителей убежища 112 подключили к системе виртуальной реальности под названием Tranquility Lane. На первый взгляд, красота: тихий довоенный пригород с уютными домами за штакетником, зелёные (ну, чёрно-белые) газоны, улыбающиеся соседи и ядерные автомобили у каждого гаража. Настоящая американская мечта, будто никакой войны и не было. Кроме пригорода можно было смоделировать райский остров и альпийский горнолыжный курорт. И это только то, о чём мы слышали. Проблема была одна.
Всем этим управлял доктор Станислав Браун — человек невероятно умный, но напрочь лишённый моральных ограничений и эмпатии. Получив почти безграничную власть над виртуальным миром, Браун 200 лет развлекался за счёт жителей: стирал им память, менял правила, издевался, мучил и убивал ради удовольствия, а затем запускал цикл заново. Прервать этот виртуальный ад предстоит уже главному герою Fallout 3 под управлением игрока.
Убежище, где растили сверхлюдей
Если прежде Vault-Tec ломала в основном взрослых, то тут центральным объектом эксперимента стали дети. Убежище 75 построили под бостонской средней школой и подавали как безопасное место для детей и их семей на случай ядерной войны. Чтобы заполнить его быстрее, людям предлагали льготное участие в программе, а бездетным одиночкам сразу отказывали. Семьи, школа, защита, государственная забота — всё выглядело почти нормально ровно до момента, пока не закрылись двери. После герметизации детей сразу отделили от родителей, а взрослых под видом инструктажа увели внутрь и расстреляли.
С этого момента убежище стало лабораторией по совершенствованию генома. За красивыми словами вроде «селекция» и «гормональная коррекция» скрывалась простая и жуткая суть: детей гоняли изнурительными физическими тренировками и строгими тестами на интеллект. Как только подростку исполнялось 18, наступал финальный отбор. Самых сильных пускали на биоматериал для новых поколений, самых умных вербовали в штат учёных, остальных — усыпляли.
Конечной целью кошмара было создание идеальной расы сверхлюдей: руководство искренне верило, что только искусственно выведенный вид переживёт суровые радиоактивные пустоши. Со временем среди испытуемых вспыхнуло восстание — при поддержке одного из сотрудников, — и система начала рушиться. Позже убежище забросили, и его заняли боевики отряда «Стрелки».
Одна жертва в год
Но самым страшным, пожалуй, остаётся убежище 11 — потому что здесь Vault-Tec почти ничего не делала своими руками. После заселения жителям сообщили простое правило: каждый год они должны выбирать одного человека и приносить его в жертву. Откажутся — погибнут все. Люди поверили и начали выбирать. Должность жертвы тут же совместили с должностью смотрителя — ведь именно он и объявил эти страшные новости. Год за годом шли политические интриги, шантаж, ложные обвинения, предательства и убийства: целое общество перестроилось вокруг необходимости регулярно отправлять кого-то на убой.
В конце концов в бункере вспыхнула междоусобица, и в живых осталось всего пять человек. Они отказались выбирать новую жертву — просто больше не могли так жить и предпочли умереть. Тогда автоматика убежища сообщила, что весь эксперимент был проверкой на нравственный выбор: откажись жители убивать друг друга с самого начала, никто бы не пострадал, а дверь открылась бы много лет назад. Из пяти выживших принять эту новость сумел только один. Остальные поняли, что жить, зная, что всё это время у них был настоящий выбор, — не смогут.
Зло, признанное нормой
Ужас ситуации кроется даже не в самих действиях Vault-Tec. Корпорация была лишь продуктом своей эпохи и её логичным продолжением: люди поколениями жили в реальности, где такой размах бизнеса считался нормой. Государство и монополия слились в единый очень больной организм, а идея технологического спасения стала чуть ли не религиозной догмой. Как тут начнёшь думать иначе? Общество не просто смирилось — оно активно одобряло происходящее. Куперу Ховарду из сериала потребовалось немало времени, чтобы осознать горькую правду: структура, где работает его жена и которая олицетворяет идеалы родины, за которую он воевал, оказалась абсолютным злом. Такой шаг требует титанического мужества — не меньшего, чем схватка с Когтем Смерти, яо-гаем или пьяным паладином Братства Стали.
Программа убежищ не была тайной частной инициативой — она выступала официальной стратегией выживания, и США сделали её главным символом защиты от ядерной угрозы. Только вместо реальной помощи система превратила людей в расходный материал для закрытых опытов, а снаружи всё подавалось под лозунгами прогресса, заботы и патриотизма. По сравнению с этим рейдеры пустошей выглядят куда честнее: они не притворяются спасителями, а просто грабят и стреляют. Их зло прямолинейно и очевидно, да и приёмы против их лома найдутся. А Vault-Tec широко улыбается и продаёт светлое подземное будущее — творит зло, которое само общество успело признать нормой. И остановить её очень сложно, если вообще возможно.
Кому это было нужно
Тут напрашивается резонный вопрос: зачем вообще затевались все эти эксперименты? Даже если признать, что Vault-Tec считала людей лабораторными крысами, а судьбы их семей ничего не значили, остаётся огромная несостыковка. Зачем вкладывать колоссальные ресурсы в сотни бункеров и десятилетиями собирать статистику эффективности изощрённого умерщвления, если сам мир в шаге от полного уничтожения? Кому нужны эти данные, когда всё вот-вот кончится?
Разгадка до банального проста. Пока рядовым американцам втридорога продавали билеты под землю и сказки о всеобщем спасении, истинные хозяева страны готовились к концу света по совершенно иному сценарию. Им не приходилось стоять в очередях, проходить тесты и надеяться на благосклонность системы отбора. Платить, в общем-то, тоже — деньги обесценились. Они с самого начала знали правду и собирались переждать бурю в безопасности и на своих условиях. Появились они не из ниоткуда после падения бомб: эта теневая структура тайно управляла Америкой из-за кулис задолго до Великой войны. Да, ядерный удар и правда стёр государство с карты — но те, кто стоял у его руля, никуда не делись. Они пережили катастрофу, сохранили власть и непоколебимую уверенность в исключительном праве кроить будущее человечества, в которое записывали далеко не всех уцелевших. А спустя десятилетия вышли из тени — не спасителями, а полноправными хозяевами, пришедшими забрать то, что когда-то были вынуждены оставить. Они вернулись как Анклав.
Но это, разумеется, уже совсем другая история — и в нашем цикле про изнанку Fallout она ещё впереди. А пока можно нырнуть в другие наши разборы, да и в магазине IGM.GG скидки не заканчиваются круглый год.
Больше про Fallout
Лучшие игры всех времён. Часть 25. Fallout
Нет комментариев